Архив электронного журнала «Суфий»

Абдурахман Джами

Posted by nimatullahi на 18 мая, 2002


Джами (1414-1492)
Жизнь Мавлана Нуриддина Абдурахмана
ибн Ахмада Джами охватывает почти весь XV век. Творчество великого таджикско-
персидского поэта является ярчайшим отражением жизни,
литературы, философии и культуры эпохи, вобравшей в себя самые противоречивые течения.
С переходом в 1469 году Мавераннахра к детям Абусаида, а Хорасана — к потомкам Умаршайха, империя Тимура полностью распалась. В этот период наиболее крупным владетелем Хорасана был Султан-Хусейн (1469-1506), установивший относительно прочную власть и около сорока лет правивший в Герате. В целом тимуридские государства Султан-Хусейна и Султан-Ахмада (правил в 1469-1494 гг., с центром — в Самарканде) представляли собой, с точки зрения своей политической структуры, объединения под властью феодального монарха ряда отдельных владений, принадлежавших членам тимуридского дома.

В.В.Бартольд писал: «Время Тимура и тимуридов было для Средней Азии эпохой величайшего внешнего блеска». Достаточно вспомнить пышную столицу Тимура — Самарканд, который, украшенный величественными архитектурными сооружениями, был одним из крупнейших и богатейших городов мира. Город этот стал поистине центром науки при внуке Тимура — Улугбеке. Предательское убийство Улугбека привело к ослаблению научной деятельности в Самарканде.

После смерти Улугбека в культурном отношении стало возвышаться значение Герата. Особенно он вырос при правлении Султан-Хусейна, во владения которого также входили Закаспийская область и Хорезм. Герат был расположен на стыке больших торговых путей, и на его базарах велась торговля товарами как местного производства, так и доставленными из Китая, Индии, Мавераннахра, Ирана, Западной Европы, России.

Вместе с ростом городского строительства, различных отраслей ремесленного производства, торговли и т. д., в Герате наблюдается значительный подъем культуры, проявившийся в развитии поэзии, миниатюрной живописи, каллиграфии, музыки, танца и других видов искусства, причем заметную роль в этом играли городские ремесленные слои. Таким образом, стольный город Султан-Хусейна становится прославленным центром умственной деятельности эпохи.

Разумеется, гератская культура периода правления Султан-Хусейна не являлась плодом творения только того времени, а представляла собой синтез культурного наследия саманидской и других эпох. Она вобрала в себя культурные достижения многих областей мусульманского Востока — и Хорасана, и Мавераннахра, и Хорезма.

Одним из обстоятельств, оказавших существенное влияние на развитие литературы и искусства этого периода, явилась дружба двух выдающихся личностей того времени — таджикского поэта и ученого Абдурахмана Джами и его ученика, друга и покровителя, узбекского поэта и государственного деятеля Алишера Навои.

Знакомство Джами с Навои произошло, видимо, после переезда последнего в Герат (1469). Оно вскоре (к 1476-1477 гг.) переросло в глубокую привязанность, соединявшую их в течение всей жизни. Тесное сближение этих двух выдающихся личностей привело к общности в их творческих замыслах, миросозерцании, взглядах на литературу, искусство, вопросы государственной и личной жизни.

Вокруг Джами и Навои группировались поэты, ученые, историки, художники, каллиграфы, архитекторы. Джами и Навои являлись инициаторами и организаторами больших собеседований, литературных диспутов, на которых обсуждались вопросы культурной жизни — поэзии, прозы, музыки, живописи.

Развитие литературы во второй половине XV века обусловило появление ряда работ по истории (тазкира) и теории таджикской и узбекской литератур. Джами написал ряд трактатов о литературе, в том числе «Трактат о рифме», Камалиддин Хусайни — «Трактат о загадке», Сайфи Бухари — «Метрику» («Амруз») и др. Из поэтических антологий были созданы «Бахаристан» («Весенний сад») Джами и «Тазкират-уш-шуара» («Антология поэтов») Давлятшаха Самарканди. Результатом личного труда Алишера Навои в этой области было появление на узбекском языке тазкира «Маджалис-ан-нафаис» (Собрание сочинений), ряда трактатов и других произведений, в которых ставились важные теоретические и исторические вопросы.

Деятелями гератского культурного центра были также и крупные мастера-исполнители — музыканты Хаджа Абдулла Марварид, Кульмухаммад Уди, Шайх Наи, Хусейн Уди, которые, по утверждению Бабура, «приобрели громкую славу и успех при помощи и поддержке бека» (Навои), танцор Саад Бадр, композиторы Гулям Шади, Миргази и другие. Практическое развитие этих отраслей искусства вызвало появление теоретического обобщения достижений музыкальной культуры («Трактат о музыке» Джами). В это же время продолжает свою деятельность организованная при Шахрухе библиотека, в которой были собраны искусные переписчики, каллиграфы и переплетчики, занимавшиеся коллективным художественным оформлением списков «Шахнаме» Фирдоуси, произведений Низами Ганджави, Саади, Джами, Навои и других.

Среди каллиграфов и миниатюристов наибольшей известности достигли «царь каллиграфов» Султан Али; «Рафаэль Востока» Камалиддин Бехзад, создавший новое течение в миниатюре; Хаджа Мухаммад Наккаш, Шах Музаффар и другие.
Плодами творения гератского круга явились труды по различным отраслям науки: «Трактат об арабской грамматике» Джами, представлявший собой комментарий к сочинению знаменитого арабского филолога Ибн-ал-Хаджиба (Кофия); «Этика Джалала» Джалалиддина Даввани; «Этика Мухсини» Хусейн Ваиза Кашифи. Хусейн Ваизом также в это время была переработана «Калила и Димна» под названием «Лучи Канопуса» («Анвари Сухайли»). Не перечисляя все работы, появившиеся в культурном круге Герата, укажем лишь, что насчитывается пятьдесят семь названий различных исторических и научно- теоретических сочинений, которые были созданы при непосредственной материальной и моральной поддержке Алишера Навои и Абдурахмана Джами.

Абдурахман Джами, великий гуманист эпохи, сумел снискать любовь простых людей — ремесленников, крестьян, представителей искусства, — защитником, учителем, наставником и другом которых он являлся. Он был признан еще при жизни современниками, в том числе всеми представителями династии тимуридов. Его авторитет «вождя и главы поэтов при Султан-Хусейне» (Бабур) настолько был велик, что он считался крупнейшей личностью эпохи, величайшим поэтом и ученым, старцем и наставником, прославленным далеко за пределами Средней Азии, Хорасана, Ирана, Закавказья, Турции и Индии. Однако, несмотря на это, великий поэт с предельной строгостью относился к себе, к своему образу жизни, был в высшей степени прост в быту, как обыкновенные земледельцы и ремесленники. Много оригинальных рассказов, связанных с жизнью Джами, его поступками, свидетельствующими о его своеобразии, необычайной скромности, простоте, разумности, содержится в произведениях современников поэта.

Абдурахман Джами, получивший всеобщее полное признание еще при жизни, был главным авторитетом своего времени в общественной жизни, в науке, философии, искусстве, в мастерстве поэтического слова. Решающим во всем этом, увековечившим славное имя великого Джами, было его общечеловеческое поэтическое наследие, перед которым преклонялись не только просвещенные умы Востока, но и гордые властители различных восточных государств.

Один из самых плодовитых авторов в персоязычной поэзии, Мавлана Абдурахман Джами оставил после себя великое поэтическое наследие. Он создал цикл романтических и суфийско-философских поэм под названием «Хафт авранг» («Семь престолов»), называемый по-русски «Семерицей», три дивана — традиционные сборники газелей, рубай, строфических стихов, разделенных в соответствии с основными этапами его жизни и названных по предложению Алишера Навои — по образцу трех диванов Амир Хусрава Дехлави — «Первая глава юности», «Средняя жемчужина в ожерелье», «Заключение жизни».
Крупнейшим поэтическим произведением Джами является «Хафт авранг» («Семь престолов»). Оно состоит из цикла поэм, имеющего семь частей:

1. «Дар благородным» (1481-1482);
2. «Четки праведников» (1482-1483);
3. «Юсуф и Зулейха» (1485);
4. «Лейли и Меджнун» (завершена в 1485г.);
5. «Книга мудрости Искандера» (1485);
6. «Золотая цепь» (3 ее части составлялись в разные периоды жизни автора);
7. «Саламан и Абсаль» (1480-1481).

К шедеврам творческого наследия Абдурахмана Джами (да и не только одного его, и не только поэзии XV в., но и всей таджикско- персидской литературы вообще) можно отнести его поэму «Саламан и Абсаль». Эта поэма вот уже в течение пяти веков находится в центре внимания истинных любителей поэтического слова, страстных поклонников романтических и романических преданий и, конечно, тонких ценителей поэзии мудрости. Она является не только значительным художественным произведением, впервые разрабатывающим в высокопоэтической форме древний сюжет, но и поэмой, отражающей литературные, философские, общественно- политические взгляды мыслителя и поэта в его зрелом возрасте.

«Саламан и Абсаль» Джами стала известна Западной Европе в прошлом столетии: в 1856 году поэма была переведена английским стихом известным английским поэтом Фитцджеральдом (1809-1883), прославленным переводчиком четверостиший Омара Хайяма. На французский язык «Саламан и Абсаль» переведена прозой — перевод осуществлен и издан в Париже в 1927 году Августом Брикте.
Первый перевод на русский язык «Саламан и Абсаль» Джами выполнен советским востоковедом Константином Чайкиным и издан в 1935 году к III Международному конгрессу по иранскому искусству и археологии.

Из вводной статьи К.С.Айни к изданию книги
«Абдурахман Джами. ‘Саламан и Абсаль'» (Душанбе, «Ирфон», 1977)

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: