Архив электронного журнала «Суфий»

На кончике мысли

Posted by nimatullahi на Февраль 3, 2003

На кончике мысли

Знаменье – это знак.
Хакер зовёт “Я хак!”*
Суд подвластен судьбе,
Себеос** писал не себе.

К учителю пришел человек.
– Я переводчик, – сказал он. – Переводы дают мне кусок хлеба. Мы живем в мире, где каждый должен зарабатывать себе на жизнь. Поэтому я не стал отказываться, когда мне предложили переводить тексты вашей Традиции.
Он замолчал.
– Прекрасно, – подбодрил его мастер.

Вновь чужак у реки
Неукрадимого вор
Странники как челноки
Без них не соткать ковёр

– Я перевёл немало книг, – продолжил пришелец. – Я хорошо знаю язык и никогда не сомневался в своих способностях.
Он замолчал.
Мастер поднял голову:
– И что же?
– В последнее время…
Пришелец запнулся.

Кто же добавит в плов
Естин пряную смесь?
Где же роняльщик слов?
Трата осталась здесь

Слова стали даваться ему с трудом, словно были драгоценностью, и с ними было трудно расстаться.
– В последнее время мне стало казаться, что мои переводы утратили точность. Стали неадекватны оригиналу.

Панорама мира нерезка.
Кто сгущает волны молока,
Милосердно истину скрывая,
Нам в глаза тумана напуская?

Он опять замолчал. Мастер терпеливо ждал.
– Поэтому я отважился побеспокоить вас. Вот одно из наиболее трудных для перевода мест…

Я вам – духовный чек,
Вы мне – духовный совет.
Есть один человек.
Его здесь, кажется, нет.

Он протянул мастеру листок: несколько строк на арабском. Ниже – перевод.
Мастер пробежал глазами сначала арабский текст, затем перевод и опустил листок на колени.
– Вам важно моё мнение? – спросил он.
– Да, конечно.
– Что ж…
Мастер вновь поднёс листок к глазам и медленно произнёс:
– Ваш перевод текстуально точно передаёт содержание оригинала.
В конце фразы он интонационно поставил точку, означавшую конец разговора, и протянул листок пришельцу, возвращая его.
Переводчик опешил. Отвёл глаза. Неловко пошевелился. Открыл и закрыл рот.

Слов моих
неуловима взвесь.
Нет ничего,
и всё же что-то есть.

Наконец он произнёс:
– Но ведь я ошибаюсь?! Я чувствую, что здесь что-то не так! И это “что-то” – вот оно! – он опустил раскрытую ладонь на лист со своим переводом.
– Мне казалось… что…

Вне исканья обнов
Иду по руинам слов
Этот поток сознанья
Остановить готов

Он растерялся и умолк. Мастер едва заметным кивком подбодрил его.
– У меня странное ощущение, что дело не в словах. Или не совсем в словах, – уточнил он и наклонил голову, натянуто улыбнувшись. Он как будто извинялся за свои слова.

Касанье длиннее рук,
Слово меньше чем звук.
Вселенная слова мала.
Трапеза больше стола.

– Если дело не в словах, тогда зачем вы принесли мне это? – спросил мастер, кивнув на перевод.
– Не знаю.

Что был в твоих владеньях я –
лишь слухи, знаю.
Что видел лик твой –
празднословье, знаю.
Что я тебя изведал –
всё пустое, знаю.
Тот аромат, что кровь зажёг
и душу в прах низвёл –
игра воображенья, знаю.

– Хотите знать, в чем дело? – с неожиданной суровостью спросил мастер.

Не дотошным умам,
Не рукам и глазам,
Не матерям и отцам,
Книги даны сердцам.

Переводчик в ответ кивнул, не поднимая глаз.
– Ваши переводы текстуально точны, но они мертвы, – негромко и спокойно произнёс мастер. – Вы передаёте букву, но не дух учения.
Мастер мягко положил руку на лист с переводами:
– Здесь у вас – лишь бумага и чернила. Вы понимаете, о чем я говорю? – и он испытующе взглянул на пришедшего.

Это Перо – одно.
Пишет для нас оно.
Текст духмяных лугов,
Руны пряных стогов.

Переводчик глубоко вздохнул.
– Но почему раньше меня это устраивало? Я ничего не замечал…
– Ничего удивительного. Вы проводите десятки часов, вчитываясь в наши тексты, и постепенно начинаете ощущать то, что стоит за словами. Пусть это всего лишь далёкие отголоски, вторичные отзвуки, еле заметный след…
Учитель помолчал.
– Эта малость – как треск отломленной ветром сухой ветки, потерявшийся в шуме листвы. Словно вскрик сонной птицы в шелесте ночного дождя. Но и эта малость зовёт и тревожит вас.
– Что мне теперь делать?
– Это зависит от вас. Всё в ваших руках. Вы начали ощущать дух учения. Прекрасно. Но передать его вы не в силах. И наверное, понимаете, почему. Барака передаётся от учителя к ученику, а не от текста к читателю и не от оригинала к переводчику.

Не на кончике мысли
Тучи дождём повисли.
Значенья имён – не в знаках,
Смыслы текстов – не в смысле.

Переводчик растерянно взглянул на мастера. Мастер произнёс, словно отвечая на безмолвно заданный вопрос:
– Друг мой, слово продвигает нас до известного предела. Назовём его берегом. Дальше слова кончаются. Начинается океан. И его вода состоит вовсе не из слов. Вам ли как переводчику Традиции этого не знать?
Он помолчал.
– Вселенная слова мала. За словом стоит неизреченное. “Язык” – всего лишь метафора. Истинное Слово вне слов. Но и это – всего лишь слова.
Мастер поднялся, собравшись уходить. Всё, чему следовало прозвучать, было сказано.
– Кстати… – неожиданно добавил он, – кусок хлеба даёт нам Он. Мы живём в мире, где каждый – Его должник, и должны помнить об этом. Это наша единственная настоящая “работа”.

Нами поёт восход.
Нами поёт закат.
Дни беднот и щедрот
Небом в небо глядят.

А.М.Орлов

* * *

—————
* “Я хак!” (араб.) – “о Истина!” (взывание к Богу у суфиев).
** Себеос – средневековый армянский историк.

Реклама

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: